АНДРЕЙ МЕРЗЛИКИН: МНЕ ОЧЕНЬ ПОВЕЗЛО С ЖЕНОЙ!

Уже в начале ноября телеканал «Украина» покажет первые серии второго сезона социально-детективной драмы «Отважные». Сериал рассказывает о специальном подразделении полиции, которое занимается делами домашнего насилия. Одну из центральных ролей сыграл известный украинский актер Андрей Мерзликин. Мы пообщались со звездой телеэкранов и узнали, как он, закончив юридический оказался в кино и почему постоянно возвращается к самокритике.

— Андрей, Вы играете в сериале «Отважные», и в данный момент съемочная группа работает над его продолжением. Вы уже видели первый сезон?

— Я всегда смотрю проекты, в которых принимаю участие, и таким образом провожу определенную работу над ошибками. И это нормально. Например, боксеры разбирают поединки, футболисты – свои матчи.
Хотя когда я стал сниматься, то поначалу просил жену оценивать мою работу. Просто очень тяжело воспринимать себя со стороны: я собой недоволен.

— И как реагировала жена?

— Люся говорила: «Все нормально. Можно смотреть».

— Какие у Вас впечатления от съемок в «Отважных?

— Надо работать над собой. (Улыбнулся.) Мне хочется сделать свой персонаж более объемным.

— Вы самокритичны.

— Я приму это за комплимент. (Улыбнулся.) На самом деле если хочешь развиваться, то в первую очередь нужно замечать минусы. И когда начинаешь их выискивать, то понимаешь, сколько работы впереди. Но я счастлив, потому что занимаюсь любимым делом. А работа в данном проекте – одна из моих самых больших ролей.

— Расскажите о Вашем персонаже в «Отважных». Чем он Вам интересен?

— Гончарук кардинально отличается от меня. Хотя точки соприкосновения все-таки есть. Например, общие взгляды на жизнь и отношение к каким-то принципиально важным вещам. Но, тем не менее, мой персонаж намного решительнее и невозмутимее, чем я. Он всегда рубит правду-матку, а я в жизни более позитивный и стараюсь сглаживать углы. Но мне очень интересно работать над ролью.

Это человек, которого по большому счету не интересуют деньги. Причем Гончарук не оторван от материального мира, однако у него на первом месте – чувство справедливости и долга.

До участия в сериале меня знали как комедийного актера и ведущего развлекательных мероприятий. А Гончарук в «Отважных» – очень сложный персонаж и в то же время тот человек, на которого мне бы в некоторых моментах хотелось быть похожим.

— А какой он в отношениях с близкими?

— Гончарук изначально служил в спецназе за рубежом, но отказался от карьеры, потому что у его мамы возникли проблемы со здоровьем. Он вернулся, чтобы ухаживать за ней. И это говорит о его более гуманных качествах.

— Вы очень разносторонняя личность: актер, ведущий, еще и примерный семьянин. Как удается совмещать работу и семью?

— Во-первых, спасибо за комплимент. (Улыбнулся.) Удается совмещать, потому что я люблю и свою профессию, и семью. Мне не приходится переступать через себя ни в отношениях, ни в творческом процессе.

В какой-то момент я пришел к пониманию, что нужно делать то, что нравится. Если же работа тебя угнетает и вводит в депрессию, значит, это не твое и не нужно тратить свою жизнь на то, что не приносит удовольствия.

— Что давало основной доход в период самоизоляции?

— Все это время я проедал деньги, заработанные раньше. (Смеется.) У нас с женой есть кафе. Как только был введен карантин, мы как законопослушные и ответственные люди закрыли его. И все – никаких доходов. Не было даже возможности хоть как-то подзаработать.

— Выступления в театре тоже пока под вопросом?

— Мой родной «Черный квадрат» закрылся в период карантина, как и все остальные театры. На сегодняшний день те условия, которые выдвинуты государством для проведения публичных мероприятий, конкретно нашему театру не подходят, иначе он не сможет рентабельно работать. Потому что зритель – это наше все. В итоге у меня упал доход с театральных выступлений.

У нас еще есть отдельное импровизационное шоу. Оно тоже не работает. Конечно, были и остаются опасения по поводу того, что нас ждет дальше. Но, с другой стороны, хочется верить в лучшее.

— Появилось ли новое хобби или вы вернулись к прежним увлечениям во время самоизоляции?

— С этим была полная беда, потому что все мои хобби связаны либо с природой, либо с фитнес-клубом. Мое самое большое увлечение – спорт. Я не отношусь к нему как к какому-то обязательству. Хотя из-за травм я сейчас не могу продолжать заниматься единоборствами, которые очень люблю.

— Что у Вас за травмы?

— У меня был сложный перелом кости после прыжка с парашютом. На ноге одно время стояли спицы и пластины, поэтому сейчас я не могу заниматься кикбоксингом, но делаю упор на фитнес.

Когда во время карантина были закрыты спортзалы, пришлось заниматься в домашних условиях. Хотя это уже совсем не те ощущения от тренировки. Даже не могу объяснить – почему. Ведь поход в спортзал – +своего рода ритуал.

Но в период самоизоляции мы действительно соблюдали все правила, поэтому я не выходил даже к турникам и тем самым не подавал плохой пример. Я занимался дома, а моим снарядом была… жена. (Улыбнулся.) Я приседал с Люсей и поднимал ее на руки.

Для женщины это счастье, когда любимый мужчина носит ее на руках.
Да, это было забавно.

— Чем еще занимались во время карантина?

— У меня столько увлечений! Я люблю читать. Обожаю компьютерные игры. Рисование тоже никуда не делось. Вот с рыбалкой не сложилось. Но карантин я все равно провел довольно-таки плодотворно.

— Как развлекали сына?

— Я стараюсь по возможности читать ему по вечерам. Это было всегда, но во время самоизоляции наши чтения стали более регулярными.

У нас с сыном есть особенная фишка. Нам нравится сочинять сказки. Он может попросить меня: «Папа, расскажи мне сказку о мальчике и машинке». И я должен придумать историю. При этом надо же чему-то научить ребенка! В результате сказка выходит примерно такой: «Жил-был мальчик. Он постоянно перебегал дорогу на красный свет. А рядом жила машинка, которая все время из-за этого останавливалась и протирала колесики».

— Вы не предлагали ребенку придумывать сказки?

— Он и так большой фантазер! Сын все время что-то сочиняет и выстраивает какие-то города.

— Как бы Вы отнеслись к его решению стать актером?

— Мне бы хотелось, чтобы он сам определился в жизни. Я в детстве очень мало читал и не задумывался о том, что мне по-настоящему нравится. У меня было только одно увлечение – кикбоксинг. Мы с ребятами смотрели на крутых парней, которые ездили на дорогих авто. Вся наша жизнь заключалась в том, чтобы сходить в спортзал, а вечером – на дискотеку. Я понятия не имел, кем хочу быть, когда вырасту.

— И все же после школы Вы поступили в вуз.

— Я по образованию юрист, но выбрал эту профессию спонтанно. Однажды мама предложила: «Может, на юриста?» – «Давай на юриста».
Я окончил университет с красным дипломом, переехал в Киев, но понимал, что юриспруденция – не моя сфера деятельности. Я видел, как радовались своим успехам коллеги, как кайфовала начальник от очередных профессиональных достижений. А я был рад, когда меня не трогали. Мне хотелось попробовать что-то другое. В результате я стал искать себя.

— И вскоре в Вашей жизни появились кино и театр.

— Да. Поэтому я ни в коем случае не буду навязывать ребенку свое мнение. Мне важно, чтобы он попробовал себя в разных сферах. Пусть развивается. По-моему, Конфуций сказал: «Занимайтесь любимым делом, и вам не придется работать ни одного дня в своей жизни». Так случилось и со мной. Я хоть и испытываю усталость и напряжение от творческого процесса, но все равно получаю огромное удовольствие. А это очень важно в любой профессии.

— Вы с супругой вместе уже 18 лет. Как познакомились?

— Мы учились в одной школе. Люся была младше меня на два года. Мы понравились друг другу и стали встречаться. Наверно, со стороны это выглядит обыденно, но зато мы уже много лет вместе.

— Чем будущая жена покорила сердце?

— Во-первых, она мой большой друг. Человек, с которым мне всегда интересно. И я этому очень рад. Спасибо Вселенной, что мне так повезло с женой. (Улыбнулся.)

— Поделитесь секретом, как столько лет быть вместе и продолжать любить друг друга?

— Я думаю, что секрет наших счастливых отношений в том, что мы друзья. У нас очень много общего. Мы практически все время проводим вместе. Даже если, например, жена не разделяет мою любовь к рыбалке, это не значит, что Люся не может поехать со мной.

Помню смешной случай, когда мы еще были подростками. Однажды я решил пойти на рыбалку и взять с собой Люсю. Договорились встретиться. Стою в сапожищах, старых штанах и в такой же кофте. И тут появляется моя будущая супруга. На шпильках!
Просто она никогда не была на рыбалке. Все закончилось тем, что Люся провалилась в болото, и мы поехали домой мыть ей ноги.

Банально, конечно, прозвучит, но отношения – это же в первую очередь работа. Нужно понимать, что той девочки, с которой я стал встречаться 18 лет назад, уже нет. Человек меняется. Мы оба развиваемся. У нас появляются другие интересы и представления. Но в решении каких-либо вопросов всегда нужно идти на уступки. Если ты хочешь быть с человеком, то должен что-то изменить в себе. Если же не готов это сделать, то нужно обсудить с партнером все спорные моменты, чтобы твое поведение не принимали в штыки.

Нет идеальных отношений. Не бывает такого: «Мы никогда не ругаемся». Разве только вы через время не зарежете друг друга. Когда недовольство накапливается, это может привести к серьезному разговору. И надо уметь вовремя расставить все точки над «і».

— Что для Вас значит полноценное счастье?

— Это возможность реализовываться в работе и заниматься саморазвитием. Потому что актер – это не тот человек, который поступил в университет, получил диплом и ждет, когда его позовут на кастинг. Все меняется: эпохи, тренды, даже формат актерской игры. Важно не останавливаться, постоянно развиваться.

— Чего быВвы хотели пожелать себе в творчестве?

— Как раз полноценного счастья! Чтобы я продолжал получать удовольствие от рабочего процесса на съемочной площадке, на сцене театра или во время выступления в роли ведущего перед зрительным залом.